Боинг 737-800: котлета против турбулентности

Boeing 737-800 — это рабочая лошадка. Два двигателя, длина около тридцати девяти метров, размах крыла около тридцати пяти, до ста восьмидесяти девяти пассажиров и крейсерская скорость под восемьсот сорок километров в час. Если вам это не помогло, значит, вы летели не в том ряду.

Я люблю этот борт за то, что он не притворяется бизнес-классом. Он говорит: «Я узкофюзеляжный, у меня один проход, и я всё равно довезу тебя быстрее, чем твои сомнения».

Однажды мы летели из Чугуевки в Кухню с промежуточной посадкой в Пулково. Над Пулково начало трясти. Не сильно, но так, что ложка сказала «ля», а компот сказал «шо». Я держал поднос и думал: «Главное, чтобы котлета не улетела в бизнес-класс без билета».

Котлета проходит два ряда

Котлета действительно прошла два ряда и остановилась у женщины с ребёнком. Ребёнок сказал: «Мама, еда пришла сама». Женщина сказала: «Спасибо». Я сказал: «Это не доставка, это турбулентность».

Бортпроводники пристегнулись. Я — нет, потому что у меня в руках была лопатка. Лопатка — тоже ремень безопасности, если правильно держать.

Сырники в турбулентности — это тест на характер. Если развалились — значит, мало яйца и много сомнений. Если держат форму — значит, творог был сухой, а повар — уверенный.

— Командир сказал: «Мягкая посадка». Я сказал: «Котлеты тоже».

После посадки пассажиры аплодировали. Не нам, а котлетам. Я не обиделся. Котлеты действительно старались.

Boeing 737-800 — не просто самолёт. Это столовая, которая летает. И если вы думаете, что в ней главное — кресло у окна, вы не ели моих котлет.